Психология

Исследование среди тысяч одиноких женщин из более чем сотни стран показало, как предпочтения в политике связаны с представлениями об идеальном партнере.

Из предыдущих научных работ известно, что политическая позиция может соотноситься с разными аспектами жизни и поведением людей. К примеру, психологи отмечали, что сторонники левых взглядов склонны придавать большее значение доброжелательности, а для имеющих правые убеждения важно следование нормам и традициям. Учитывая, что люди часто выбирают спутников жизни с похожими характерами и ценностями, политическая ориентация, вероятно, сказывается и на представлениях о романтическом идеале.

Проверить, так ли это, взялась группа ученых из Германии. Их статью опубликовал Journal of Social and Personal Relationships. Хотя вопрос уже поднимали в других исследованиях, они были довольно ограниченными с точки зрения охвата и рассмотренных личностных характеристик. Немецкие специалисты проанализировали более внушительную выборку, в которую вошли 13 257 гетеросексуальных женщин из 144 стран. Ее сформировали из участниц масштабного опроса об идеальном партнере под названием Ideal Partner Survey, из числа которых отобрали не состоящих в отношениях, чтобы исключить риск искажений.

Респонденткам предложили обозначить свою политическую позицию с помощью шкалы от нуля («крайне левые») до шести («крайне правые») и проранжировать по значимости разные качества воображаемого партнера для серьезных отношений. Список включал не только черты внешности или характера, но и множество других параметров. Среди них схожесть политических и религиозных взглядов, общее этническое происхождение, финансовая обеспеченность, успешность, а также предпочтения в возрасте и росте.

Анализ с применением статистических методов выявил ряд четких тенденций. Схожесть убеждений в политике оказалась важна для сторонниц крайних взглядов с обоих полюсов политического спектра. Женщины с умеренной, центристской позицией придавали этому меньшее значения. То есть дамам с более радикальными воззрениями в большей степени хотелось, чтобы партнеры имели близкие убеждения.

Участницы правого уклона чаще указывали среди желательных черт общее этническое происхождение и одну религию с партнером. Они же больше предпочитали качества, которые традиционно ассоциируются с образом мужчины-добытчика — материальную обеспеченность и успешность. Это согласуется с предыдущими исследованиями, в которых отмечалось, что сторонники консерватизма, принадлежащего к правым идеологиям, ценят внутригрупповое сходство и традиции.

Также выяснилось, что для респонденток с правыми взглядами высокий рост партнера был важнее, чем для сторонниц левых. Впрочем, пожелание к росту «выше моего» часто высказывали участницы любой политической ориентации. То есть предпочтение более рослых мужчин в целом универсально.

Аналогично обстояли дела с желанием видеть в партнере доброту и готовность поддерживать. Анализ не выявил связи между предпочтением этих качеств и политической позицией. По другим параметрам, таким как привлекательность, уверенность, интеллект и возраст партнера, корреляции были менее выраженными, что не позволило сделать однозначных выводов.

Исследователи отметили, что тенденции в разных частях мира порой отличались. К примеру, в Европе и Америке женщины правых убеждений предпочитали уверенных и напористых партнеров, но в странах Южной и Восточной Азии такие спутники казались привлекательнее участницам левой ориентации. Это говорит о важной роли культурного контекста.

Хотя новая работа расширила представление о взаимосвязи между политическими убеждениями и представлениями об идеальном романтическом партнере у женщин, авторы предупредили об ограничениях. К примеру, в выборке преобладали жительницы западных и относительно обеспеченных стран, политическую ориентацию определяли по ответам только на один вопрос, а вместо реальных рассматривали гипотетические предпочтения.