Медицина

Канадские ученые установили, что у 27 процентов людей, обратившихся в отделение неотложной помощи по поводу употребления каннабиса, развилось новое тревожное расстройство в течение трех лет. Это в почти четыре раза чаще в сравнении с общей популяцией.

Каннабис — третий по распространенности наркотик после алкоголя и никотина. Его потребление растет во всем мире, а особенно значительно — в таких странах, как Канада, после легализации. Существует мнение, что каннабис относительно безвреден или даже полезен для здоровья. Однако новое исследование предоставило еще одно подтверждение обратного: интенсивное употребление каннабиноидов повышает риск развития тревожных расстройств.

Употребление марихуаны уже связывали со снижением когнитивных функций и развитием психических заболеваний, в первую очередь психозов. Многие исследования показали, что каннабис и абстиненция при его отсутствии могут вызывать острые симптомы тревоги. С другой стороны, согласно метаанализу, люди, страдающие тревогой и связанными с ней расстройствами, чаще употребляют каннабиноиды.

Однако большинство проводимых на тему потребления каннабиса исследований имели методологические проблемы и давали противоречивые результаты из-за маленьких выборок участников, больших различий в показателях употребления каннабиса и различий в самом определении тревоги. Так, симптомы тревоги и их тяжесть подчас определяли на основе самоотчета, а не диагноза, поставленного врачом. Поэтому взаимосвязь между употреблением каннабиса и развитием тревожных расстройств не была до конца раскрыта. Новое исследование расширило наши представления об их связи и стало крупнейшим по этому вопросу на сегодня.

В исследовании, опубликованном в журнале The Lancet, охватили более 12 миллионов человек, проживающих в Онтарио, в период с 2008 по 2019 год. Авторы использовали административные данные медицинской карты ICES, чтобы сравнить риск развития тревожного расстройства у лиц, обратившихся в отделение неотложной медицинской помощи по поводу употребления каннабиса (таких набралось 34 822 участника, 0,29 процента от всех), по сравнению с населением в целом.

В результате ученые пришли к нескольким выводам.

Риск развития нового тревожного расстройства у курильщиков каннабиса вырос, в сравнении с обычными людьми, в 3,9 раза после учета социальных факторов и других диагнозов психического здоровья. В течение трех лет у 27,5 процента обратившихся к врачу по поводу употребления каннабиса было диагностировано новое тревожное расстройство — по сравнению с 5,6 процента населения в целом.

Риск тяжелых или обостряющихся форм тревожных расстройств увеличился в 3,7 раза после учета социальных факторов и других диагнозов психического здоровья. В течение трех лет 12,3 процента людей, обратившихся к врачу по поводу употребления каннабиса, были госпитализированы с тревожным расстройством по сравнению с 1,2 процента населения в целом.

Результаты показали, что люди, нуждавшиеся в лечении в отделении неотложной помощи в связи с употреблением каннабиса, подвергались повышенному риску развития нового тревожного расстройства и испытывали ухудшение симптомов уже существующих тревожных расстройств. Итоговые показатели риска возникновения таких расстройств после корректировки оказались более чем в три раза выше, чем риск в общей популяции. Особенно повышенному риску подверглись молодые мужчины до 24 лет.

Ученые признали, что их исследование не может выделить причинно-следственную связь между употреблением каннабиса и развитием тревожных расстройств. Кроме того, они отметили и другие ограничения своей работы.

Во-первых, хотя использование административных данных здравоохранения имеет ряд преимуществ (большие когорты с пониженным риском предвзятости при отборе), они отражают скорее заботу человека о проблеме употребления каннабиса, а не само потребление как таковое. Во-вторых, в данных отсутствует информация о характере употребления каннабиса (частота употребления, тип продукта и содержание ТГК).

Несмотря на эти моменты, авторы предостерегли от использования каннабиса для лечения симптомов тревоги, учитывая отсутствие доказательств его эффективности и то, что таким образом можно задержать другие методы лечения, основанные на фактических данных.